Записи с темой: магический конвейер (список заголовков)
19:27 

Лучшее волшебство, на которое я способна

Порой глупа, порой мудра
Вообще, я, конечно, тормоз, но вот этот рассказ в прошлом сезоне "Пролёта Фантазии" занял второе место.
Я его сюда сразу приносить не стала - решила, что хочу ещё подредактировать. И редактировала вплоть до сих пор (на самом деле, больше прокрастинировала, чем редактировала, но - тсссс!) Рассказ надо бы послать в сборник "Аэлиты", он автоматом прошёл в лонг-лист, а дальше - как повезёт.
Посему и выкладываю. Комментарии - приветствуются, критика тоже приветствуется. И вообще любое проявление жизни в комментариях приветствуется :)
Рассказ, наверное, немного нетипичен для меня... Хотя - как знать.

А, ну и стандартное примечание. Впечатлительным читать - можно.

Лучшее волшебство, на которое я способна


Грон

Она опаздывала, и Грон маялся от безделья. Смотрел, как призрачные официанты принимают и разносят заказы, разглядывал посетителей и откровенно зевал. Он всё в толк не мог взять, почему девицы – особенно из этих, фабричных – так любят опаздывать на деловые встречи. Грон готов был поставить на то, что Ниньян – кажется, так её звали? – явится накрашенной и в платье. Женщины. Они совершенно не умеют отличать свидания и встречи по работе. Вечно заигрывают с боссами. Глупо хихикают, краснеют, несут чушь… неудивительно, что они так и не выбираются со своих фабрик. Дуры потому что. А дур – зачем жалеть?
Дверь паба открылась, впуская пушистые снежинки, а следом – девушку. Её голова и плечи были припорошены снегом. Ни шапки, ни тёплых штанов. Холодно ведь – но нет, обязательно нужно вырядиться не по погоде. Грон тяжело вздохнул. Вот зачем?! Одно слово: женщины…
Стерев с лица недоумение, Грон встал из-за стола и, улыбаясь, пошёл навстречу девице. Та просияла в ответ: щёки раскраснелись от мороза, глаза блестят.
– Простите, я немного задержалась… – смущённо пробормотала она.
Грон вежливо улыбнулся:
– Ничего-ничего. Давайте я помогу вам раздеться.
Под пальто, разумеется, обнаружилось платье. Грон проводил Ниньян до столика, протянул меню. Девушка заказала самый дешёвый чай, а потом, смущённо улыбаясь, произнесла:
– Это было так неожиданно… ну, получить от вас приглашение. Я не думала, что мои игрушки кого-то заинтересуют. В училище мои способности не особенно ценили… ну, вы догадываетесь, я думаю, – Ниньян подняла руку и показала регистрационный браслет мага. Белый, разумеется. “Годна только для работы на фабрике”. – Но я продолжала делать котов… я верила, что однажды их кто-нибудь оценит!
Грон улыбнулся, стараясь не вспоминать криво ковыляющих котов Ниньян. Просто у кого-то есть талант и трудолюбие, а у кого-то их нет. Но чем меньше мозгов, тем больше самомнение, не так ли?

Грон за свою жизнь успел насмотреться на магов-неудачников. Да что там смотреть? Все истории как под копирку написаны.
Вкус к магии появляется в детстве. Это неудивительно: детский мир пропитан волшебством. Книжки с красочными иллюстрациями, ярмарки с дешевыми фокусами, живые игрушки и бытовые чудеса – магия кажется частью сказки, а в сказке хочется жить.
Дальше – школа, которая лишь подкидывает дров в топку фантазии: на истории изучают великих волшебников, на литературе – романы о волшебниках, на обществознании – влияние волшебников на законы… Куда ни плюнь – везде магия, и кажется, что кроме неё ничего в жизни и нет. На практических занятиях детишки создают простенькие иллюзии на пару секунд, левитируют спички – и ощущают себя настоящими магами. Заклинания поначалу даются легко, и каждый верит в своё великое предназначение. Нет, вот так: Великое Предназначение. Да и что может сравниться с магией? Любая другая работа требует, как ни странно это звучит, работать. Где-то надо мешки таскать, где-то – расчёты проводить. И только в магии две руки, воображение, минимум усилий – и вуаля, твой плюшевый медвежонок пошёл гулять самостоятельно. Не работа – мечта.
В тринадцать лет все эти не очень умные, но очень тщеславные детки бросают школы и устремляются в магические училища. Потому что начинать обучение нужно как можно раньше, иначе момент будет упущен. Только вот беда: никто заранее не предскажет, что вырастет из юных волшебников. Таланту (или его отсутствию) нужно время, чтобы раскрыться. И потому пять лет детки учатся… а в восемнадцать сдают экзамены и получают браслеты. Красные – для боевых магов, синие – для изобретателей, зелёные… эх, все и не вспомнишь. Но самый страшный браслет – белый. Никуда не годный маг, которому только на конвейере стоять, на магической фабрике.
К сожалению – а может быть, к счастью? – белые браслеты достаются большинству. В этом таится большое горе для тщеславных детишек – и большое благо для страны. Ведь в мире всё работает на магии: машины ездят, фонари горят, специальные шкафы защищают продукты от протухания. Даже чай на кухне подогревается с помощью амулета. “Белые” маги слабы по отдельности, но вместе, на конвейере, они способны сотворить что-то стоящее. По крайней мере, что-то получше… котов.
Часть волшебников, получив белые браслеты, отказывается от магической лицензии и ищет себе работу получше. Но большинство – то ли от лени, то ли от тщеславия – сдаваться не желает и отправляется на фабрики и заводы. Некоторые продолжают по вечерам плести заклятья: оживляют игрушки, зачаровывают амулеты, ткут иллюзии. Толку от этого ноль, разумеется. Но попробуй скажи самовлюблённому дураку, что он бездарен.

читать дальше

Вопрос: ?
1. Мне нравится 
10  (100%)
Всего: 10

@темы: Творчество, Рассказ, Магический конвейер

14:17 

Порой глупа, порой мудра
Нашла тут у себя.

Немного о свободных волшебниках

Трудно найти неверующего волшебника. Строители — они бывают безбожниками. Торгаши, ростовщики, лекари, учёные. Последние любят рассказывать о том, что всё в нашем мире объясняется наукой, и если что-то мы ещё не объяснили — то просто не открыли. Откроем, обязательно откроем и всё пренепременно объясним. И магию вашу объясним. А Бога нет и быть не может. И всё у них так складно получается, гладенько так, что даже веришь им. А потом сваливается тебе на голову очередной свободный волшебник: одежда потрёпанная, глаза горят, щетина уже, наверное, двухнедельная на щеках, вон крошка в ней застряла, — и как затянет свою речь, так прямо хоть диву давайся. «Магия… она приходит извне, свыше, — говорит волшебник, обращая глаза к небесам, — она приходит ко мне сама, и в этот миг я не могу ей противиться. Я должен творить, я должен созидать. Это божественная сила, что проявляется через людей, так Бог говорит с нами». А потом извлекает волшебник из кармана какую-нибудь ожившую фигурку мышки. Кривую, прихрамывающую, но живую. Или счёты какие-нибудь, которые шутки понимают и в ответ подхихикивают. Или сгусток непонятной энергии. Или ещё что-нибудь такое же никчёмное, никому, по большому счёту, не нужное, но интересное, да. Магией созданное. Извлекает своё творение волшебник — и смотрит на него влюблёнными глазами. Как родитель на чадо, которое пускает слюни пузырями и приговаривает «агуууу!» И глаза вдохновлённого создателя так при этом сияют, что даже неловко как-то намекать ему, что получилось-то у него нечто неказистое, кривоватенькое, непонятно зачем нужное.
Потом волшебник прячет своё творение в карман. Ты тут же выдыхаешь облегчённо, а то вроде хвалить нужно было, говорить что-то, слова подбирать. А тут убрал — и разговор закончен. Можно переключиться на что-то другое. Потом, когда волшебник уйдёт, можно вновь, с удвоенным интересом, сходить к учёному мудрецу, послушать, что нет в магии ничего божественного, что это просто потоки силы. А потом и вовсе можно выйти на улицу и дойти до фирменного магазина какой-нибудь магической корпорации. Там, в этом фирменном магазине, бегают чучелки мышей — красивые, ровненькие, гладенькие, шерстинка к шерстинке, глазки умненькие, шкурка тёпленькая, словом — как настоящие, только не какают. Едят, а не какают. Идеально для ребёнка. Или счётная машинка. Говоришь ей, что посчитать — она считает. Только шутки не понимает. Или силовое поле на форточку от комаров. Или ещё что-нибудь такое продуманное, полезное. А потом и мага профессионального встретишь. У него всё схвачено. Одежда неплохая, щетины нет: сбрил всю. Никаких тебе непонятных штук по карманам. Но и глаза не горят.
Спросишь у него:
— Скажи, магия — она божественная?
Он и рассмеётся:
— Да чего в ней божественного? Ты учёного любого спроси, это просто потоки силы, которыми можно управлять.
— А вот на тебя сверху… снисходит? Ну это, озарение, ощущение, что нужно срочно творить?
Опять смеётся.
— Нууу, иногда снисходит. Редко-редко. Обычно ты сидишь себе и колдуешь. Долго-долго, много-много. Час колдуешь — одну мышку оживил. Второй час — вторую мышку. Это ведь работа, такая же, как и у всех. Никакого чуда тут нет.

Вопрос: ?
1. Мне нравится 
5  (100%)
Всего: 5

@темы: Рассказ, Магический конвейер, Личное, Бред

Домик над пропастью

главная